Стефан Младший proafery.ru

Стефан Младший

?-1773 384 0

В январе 1766 г. в сельской общине Маини, что на черногорском побережье Адриатики и недалеко от Будвы, появился чужак 35–38 лет от роду. Он устроился батраком у зажиточного крестьянина Вукки Марковича. Называл себя Стефаном. Под каким именем он был записан при рождении, неизвестно. 

Стефан – Петр III. Как рождалась легенда 

В свободное от работы время Стефан занимался врачеванием – лечил людей вытяжкой из змеиного яда и травами. К удивлению местных, деньги с пациентов брал только тогда, когда те выздоравливали. Странности поведения на этом не закончились. Знахарь, принимая больных, вел среди них агитационную работу, настраивал на необходимость прекращения распрей и объединения против внешних врагов – турок и венецианцев. 

Турки завоевали Черногорию еще в конце XV века. Приморские земли прибрала к своим рукам Венецианская республика. И только во внутренних горных районах правили черногорские воеводы и старейшины. Вопрос освобождения и объединения Черногории был животрепещущим. 

Излечив от тяжелой болезни хозяина, Стефан снискал у него почтение, и даже привязанность. На волне этой душевной близости, надо полагать, батрак как бы открылся и поведал Марковичу, что он русский император Петр III, оставшийся в живых, несмотря на козни женушки Екатерины, впоследствии получившей эпитет Великая, наряду с Александром Македонским и предшественником на русском престоле Петром Алексеевичем. 

Петр III (внук Петра І), по мнению историков, скончался при непонятных обстоятельствах через неделю после отречения от престола в 1762 году. К такому шагу его вынудила жена Екатерина, организовав заговор. На освободившийся престол она взошла под именем Екатерина II.

Петр Третий и Екатерина Вторая.png 

Вукка, судя по всему, распространил весть о венценосном госте по селению, а дальше она вышла за его пределы. 

Сходство Стефана с русским монархом подтвердили три спутника митрополита Василия, посещавшего Петербург в 1753–1759 гг. Они видели Петра лично. 

В дополнение ко всему в одном из монастырей нашлась картина с изображением Петра III. Те, кто сличал портрет с лицом Стефана, пришли к однозначному выводу – изображение и натура имеют много схожих черт. 

По задокументированному описанию, именовавший себя Петром III, имел средний рост, был худощав, говорил голосом, похожим на женский. Лицо у пришельца было продолговатое, белое, волосы – каштановые, глаза – небольшие, серого цвета. Образ дополняли маленький рот, толстый подбородок и длинный тонкий нос. Сходство с наследником Петра Великого усиливали следы оспы. 

От царя русского к царю черногорскому 

Не прошло и месяца как Стефана признали русским царем все окрестные селения. Куда же, как не в православную Черногорию мог сбежать православный император, пытаясь спасти свою жизнь, полагали наивные черногорцы. 

В октябре 1767 г. Стефан был признан Петром III собранием старейшин, а в конце месяца Скупщина, на которую прибыло 7 тысяч человек, в едином порыве проголосовала просить русского царя принять верховную власть на черногорской земле. Жители этого края давно ждали от русских помощи в своем противостоянии с внешними врагами, а тут сам богопомазанник к ним пожаловал. 

Делегация черногорских старшин прибыла в Маини 2 ноября 1767 г. и неожиданно получила отказ. Стефан сказал, что не считает для себя возможным управлять землей, которую раздирают междоусобицы. 

В то время Черногория состояла из связанных кровным родством объединений – задругов. В случае серьёзного межплеменного конфликта черногорцы запросто обращались к традиции кровной мести. 

Выставленное условие, ясное дело, впечатлило делегатов и еще больше возвеличило Стефана в глазах местного населения. Черногорцы отнеслись к его требованию, как к разумному и полезному и умиротворились. 

Стефан, заняв пост государя Черногории, подобрал себе свиту и сформировал охрану. Он продолжал называть себя внуком Петра Великого, но распорядился, чтобы на государственной печати фигурировало имя Стефан. 

Сведения о происхождении Стефана

За Стефаном закрепилось прозвище Малый, по-сербски, Шћепан Мали. Предполагают, что оно пошло от витиеватой подписи Стефана – «Стефан, малый с малыми, добрый с добрыми, злой со злыми». Другие полагают, что Стефан Малый – славянское звучание имени итальянского знахаря Стефано Пиколло. 

Что касается происхождения, то, кем только не представлялся Стефан, выйдя из царственного образа – черногорцем, далматинцем, герцеговинцем, австрийцем, боснийцем, греком. Патриарху Василию он сказал, что родом из Требина. 

Определиться с происхождением Стефана трудно, в том числе и потому, что, говоря по-сербохорватски, он в то же время мог изъясняться на итальянском, французском, турецком. 

Реформы Стефана Малого 

Возглавив Черногорию, все свои усилия Стефан направил на минимизацию внутренних конфликтов. 

Не менее важным для страны он считал правопорядок. Правитель установил суровые наказания за тяжкие преступления, но отказался от функций судьи. Устанавливать степень вины и выносить вердикт он предписал суду из 12 человек. 

Проезд по дорогам стал не просто безопасным, люди приучились не брать чужого. Как-то, ходит легенда, Стефан положил на одном из распутий 10 золотых монет и пистолет с серебряными украшениями. И никто на эти вещи не позарился. Через несколько месяцев государь забрал их сам.

Внести ясность в число подданных помогла перепись населения. Уполномоченный на это дело священник с пятью помощниками-старшинами в тогдашних пределах Черногории насчитали 70 тысяч жителей мужского пола. 

Не желая подчиняться духовенству, Стефан отделил церковь от государства. Светская власть стала независимой и самостоятельной. Средневековая патриархальная Черногория начала следовать новым веяниям. 

Усилия Стефана в области государственного строительства оценили не только простолюдины, но и местная знать. Даже враждебно настроенный митрополит Савва отметил воцарившееся благополучие и согласие. 

Противодействие внешним врагам 

Что касается внешней политики, то тут Стефан несколько изменил своим прежним представлениям, но, по сути дела, он вынужден был отказаться от конфронтации с турками и венецианцами, к чему призывал, пока не получил верховную власть. Малый понимал, что противостоять врагу, преодолеть его может только сильное государство. И пока эта сила накапливается с противником нужно жить мирно, не растрачивая ресурсы на заведомо проигрышные бои. 

Иного мнения были рядовые черногорцы. Они время от времени восставали против поработителей и призывали Стефана возглавить сопротивление. Завоеватели решили действовать на опережение. Венецианский дож отправил резиденту в Которе приказ оборвать жизнь Малого и средства убийства – яд и отравленный шоколад. Тем, кто приведет приговор в исполнение, гарантировалось проживание в Венеции и вознаграждение в 200 дукатов. Наемных убийц подобрали (лекаря и греческого священника), но они не сумели приблизиться к Стефану. 

Стефан, тем временем, увещевал и венецианского дожа и турецкого султана пощадить людей и сохранять мир. Венецианцы призыву не вняли и начали вторжение на приморские черногорские земли. Несмотря на проигрыши в сражениях, местные старшины сохранили верность государю. Венецианскому наместнику они написали, что верой с языком связаны с родиной Стефана, а посему служить ему будут до последней капли крови. Венецианцы в ответ учинили над жителями приморья жестокую расправу. 

В первых числах 1768 г. Стефан Малый во главе двухтысячного отряда пытался остановить пятидесятитысячное войско турок и ожидаемо потерпел поражение. Покинув поле боя, он спрятался в горах в одном из монастырей. В сентябре уже черногорцы разбили османов. А когда в войну против турок вступила Россия, султан и вовсе убрал свои войска из Черногории.

черногория красивое фото.jpg 

Разоблачение самозванца

Расставаться с первой ролью в государстве, наблюдать как-то руководит самостоятельно и превосходит тебя в популярности и народной любви, непросто. И митрополит Савва не смог преступить через обиду и зависть. «Копать» под Стефана, в котором видел конкурента, он начал просто – целясь в его ахиллесову пяту, в качестве которой выступала сомнительная принадлежность к царскому роду. 

В поисках авторитетных свидетельств лжи со стороны Малого владыка обратился к русскому посланнику в Константинополе Алексею Михайловичу Обрескову. Действительно ли Петр выжил, спросил он посла в письме. Бегство свергнутого российского царя в Черногорию – всеобщее заблуждение, ответил дипломат. Как в такую чушь может верить его преосвященство, читалось между строк. 

Савва заказал несколько копий полученного от Обрескова ответа и разослал их старейшинам, требуя признать Стефана самозванцем и судить его за это. 

Стефан защищается наступлением 

Стефан, конечно же, не собирался сдаваться и слагать свои полномочия. Прибыв в конце зимы 1768 г. на собрание старейшин, Малый стазу же бросился в атаку. В Савву полетели стрелы обвинений в том, что тот спекулирует землей и присвоил деньги и ценности, присланные из Петербурга, и вообще – обслуживает интересы венецианцев. 

Дальше – больше. Стефан не только подавил обвинительную прыть Саввы, он перевел на свою сторону тех, кто против него ополчился, предложив разделить богатства митрополита. Старшины по-быстрому растянули движимое (скот) и недвижимое имущество владыки, а его самого вместе с родственниками заключили под стражу. 

Себе в советники Стефан взял осевшего в Черногории сербского печского патриарха Василия Бркича. Бркич, понимая, чего от него ждет благодетель, тут же призвал черногорцев почитать Малого как русского царя. 

И сам Стефан решил еще раз подтвердить заявленный статус. В день, когда церковь чествует Петра и Павла, он заказал богослужение и крестный ход, что должно было подчеркнуть, что его дед – Петр, а сын – Павел. 

Против лже-Петра выступает Екатерина ІІ 

«Живой» Петр III не мог не тревожить Екатерину ІІ, неважно, что эта жизнь «супруга» текла за тридевять земель. 

Екатерина Вторая на конной прогулке.jpg

России в те времена важно было распылить военную мощь турок. Восстание в Черногории, полагала российская императрица, принудит осман бросить часть войска на его подавление. 

Поднять черногорцев против турок Екатерина ІІ поручила генералу Юрию Владимировичу Долгорукову. Одновременно ему надлежало разоблачить самозванца. 

Долгоруков прибыл в Черногорию в августе 1769 г. в сопровождении 17 человек. Стефана увидели 12 числа в монастыре Брчели. Беседуя с императорским посланником и его людьми, черногорский государь ни разу не отнес себя к царской фамилии, и Долгоруков решил пока не предпринимать никаких мер. 

Перебравшись в Цетинский монастырь, генерал, однако, поведал, что Малый продолжает убеждать крестьян в своем царском происхождении. Верный слуга российской короны возмутился таким святотатством и отдал приказ арестовать Стефана. Черногорцы, впрочем, ослушались, государь остался на свободе. 

Арест лже-Петра 

Долгоруков не мог с этим смириться. Он подключил к дискредитации Малого патриарха Василия Бркича. Участники вече, состоявшегося 17 августа 1769 года , из уст святейшего услышали, что обожаемый ими государь – бродяга, обманщик и возмутитель народа. 

Посчитав, что черногорцы отреклись от Стефана, генерал приступил к выполнению своей главной миссии. Он зачитал бумагу от императрицы (переводчик озвучивал его по-сербски), в которой та призывала присягнуть ей и ступить в борьбу с турками. Собравшиеся ответили одобрительными возгласами. Долгоруков привел их к присяге, а после раздал 400 дукатов и призвал разойтись. 

Но не тут то было. На следующий день к монастырскому подворью верхом прискакал Стефан, и черногорцы повели себя так, как будто не слышали разоблачений, прозвучавших из уст патриарха. Они встретили государя ликованием. Ведь теперь Стефан не просто муж российской императрицы, он муж императрицы, которой они только что присягнули.

Долгорукова такой расклад, конечно же, не устроил. То ли подкупом, то ли личным авторитетом, а скорее всего, и тем и другим, генерал сумел в короткий срок настроить черногорцев против Стефана. Самозванец был разоружен и заключен под стражу. 

Признание властных полномочий от князя Долгорукова 

С местными у Долгорукова отношения не складывались. Черногорцы не видели в нем человека, отвечающего их ожиданиям, и писали об этом в Петербург. Генерал понял, что ему нужен советник из числа тех, кто разбирается в местных веяниях, и обратился за помощью …к своему пленнику. Ходят слухи, что навещал он Стефана каждый день. 

Малый не преминул обратить эти визиты в свою пользу, а именно, убеждал русских солдат, охранявших его камеру, что Долгоруков таким образом признает его превосходство. 

Разбираясь в особенностях менталитета местных жителей, Долгоруков пришел к неутешительному выводу – черногорцы, несмотря на присягу Екатерине, сейчас на войну против турок не пойдут. Оставаться на берегах Адриатики дальше нет смысла, а вот опасность нарастает с каждым днем. 

24 октября с наступлением ночи русская команда тайно вышла из монастыря и в сопровождении полсотни черногорцев направилась к морю, где ее ожидал корабль. В числе провожавших был Стефан Малый. От Долгорукова он получил офицерское звание, мундир и официальное признание в качестве правителя Черногории. 

Прослышав, что русская миссия уже в пути на родину, цетинский воевода, взяв с собой 50 людей, предпринял попытку освободить Стефана. Увидев пустую камеру, очень расстроился, полагая, что они потеряли правителя. Но Стефан вернулся. Его властные полномочия больше никто не подвергал сомнению. 

Гибель от рук врагов 

После отъезда миссии Долгорукова Стефан продолжал выстраивать хорошие отношения с Россией. В 1770 г. на него было совершено покушение. Во время строительства горной дороги рядом с ним разорвался пороховой заряд. Стефан получил серьезные увечья и ослеп, что не помешало ему управлять государством из резиденции, расположенной в монастыре Брчели. 

Враги не прекращали вынашивать планы убийства. Осенью 1773 г. миссию организатора взял на себя скадарский паша. Он подослал к Стефану в слуги грека Станко Класомунья. Когда в монастыре было мало людей, наемный убийца отрезал слепому черногорскому правителю голову. 

Уложив ее в мешок и предупредив служителей, что спящего государя нельзя беспокоить, оставил обитель и прибыл в Скадар, где с ним рассчитались за убийство. 

Покоится Стефан Малый на территории монастыря Дольние Брчели. Шесть лет правдой и верой он служил Черногории. Это один из тех случаев, когда самозванство было направлено на благо.

Обсуждение
Гость

Ваш комментарий

Защита от автоматических сообщений